АННУНЦИО


АННУНЦИО Габриэле д’ (Gabriele d’Annunzio, 1863–), настоящее имя — Рапаньетта (Rapagnetta) — крупнейший итальянский поэт эпохи, последовавшей за объединением Италии (так наз. «Третьей Италии» — Terza Italia), яркий выразитель расцвета и упадка буржуазии. Уже в лицее А. обнаружил поэтические способности, воспевал величие Италии и мощь итальянских королей (дебютир. в печ. в 1879), чтобы вскоре занять место наиболее популярного и модного писателя. Он отражал в своих произведениях (лирике, драмах, романах) эволюцию буржуазии от аморального, индивидуалистического эстетизма (последние десятилетия XIX в.) к империализму (XX в.). В произведениях А. первого периода центральным образом является эстет, аморалист, индивидуалист, «сверхчеловек», живущий для красоты, любви, наслаждения, относящийся даже к самым близким людям лишь как к «средству» к указанной «цели». Таковы поэт Алессандро в драме «Мертвый город», ваятель Лючио в драме «Джоконда», Сперелли в романе «Наслаждение» и др. Любовь в смысле страсти — лейтмотив в его лирике («Изоттео» и др.), драмах («Сон в осенние сумерки»), романах («Триумф смерти»). Этот аморальный индивидуалистический эстетизм облекается у А. в нарочито «аристократическую» форму, с выпадами по адресу выскочек-буржуа, этих «нахальных господ, разъезжающих по княжеским улицам Рима», чьи «надменные позы и хищнические руки в неуклюжих перчатках словно говорят: преклоняйтесь, мы новые владыки мира», равно как и по адресу социалистов, якобы только и мечтающих о том, чтобы «уничтожить цивилизацию» и все «головы сделать равными» (роман «Девы скал»). Пристрастие А. к старому барскому миру выступает вообще довольно отчетливо в некоторых из ранних его произведений, напр. в романе «Невинная жертва», где для героя-помещика категорическим императивом является принцип «чистоты крови», однако при явном сознании обреченности этого барского мира, особенно ярко сказавшемся в драме «Факел под мерой», где изображается гибель старой усадьбы и древнего аристократического рода под пятой «рожденной из гнили» плебейки, ставшей хозяйкой в дворянском гнезде.Выражая, несмотря на пристрастие к аристократическому миру и на внешнее отвращение к буржуазной действительности, гедонистическую и эстетическую резко индивидуалистическую установку на жизнь, характерную для эпохи господства буржуазии, А. в своей художественной форме отражает, с одной стороны, отсутствие у этого класса, только что пробившегося к власти, определенного стиля, бросаясь от одной моды к другой, от идеализма и морализма русских писателей — Толстого и Достоевского («Невинная жертва», «Дж. Эпископо») к натурализму Золя («Пескарские рассказы»), от «ницшеанства» (большинство из вышеуказанных произведений) к символизму (драма «Слава»), а с другой стороны, — необходимость заменить строгую стильность роскошью и декоративностью перегруженного до крайних пределов, совершенно барочного (см. Барокко) стилистического оформления своей тематики. Сквозь эстетический и гедонистический индивидуализм А. на рубеже XX в. все более пробивается — по мере роста в итальянской буржуазии национального самосознания и национальной экспансии — национальная идея, преодолевая прежний крайний индивидуализм. А. задумывает написать большую поэму о Гарибальди, не о Гарибальди-республиканце и демократе, а о Гарибальди — герое национального объединения и раскрепощения (написана лишь часть — «Ночь на Капрере»). Так, с другой стороны, в романе «Огонь», где А. довольно откровенно рассказал свой роман с артисткой Э. Дузе, не называя ее, впрочем, по имени, проводится (в речи героя — поэта, на открытии театра) мысль о новом «Возрождении» Италии, к-рое придет от искусства. Освобождаясь постепенно от эстетического своего покрова, национальная идея превращается у А. в идею империалистической экспансии Италии. В драме «Сильнее смерти» опоэтизирован путешественник, проникающий в глубь Африки, расчищая почву для будущих колониальных завоеваний. В своих «Морских одах» А. воспевает великих адмиралов Венеции, господствовавших на волнах Адриатики, как в драме «Корабль» темой служит апофеоз морского могущества Италии, направляющей свои завоевательные планы на Балканы, на Константинополь. Несмотря на эти империалистические тенденции, несмотря на то, что он даже выступил как поэт технического завоевания воздуха, как поэт авиации (роман «Может быть да, может быть нет»), А. как художник слова — пассеист, возрождающий и консервирующий старую поэтическую технику доиндустриального и дофинансового капитализма, — отсюда вражда к нему итальянских футуристов (см. их памфлет: «Боги уходят, Аннунцио остается»). Когда началась война 1914–1918 и Италия соблюдала нейтралитет, А. вел неутомимую и страстную кампанию за ее участие в войне на стороне Антанты, произносил и писал шовинистические воззвания и речи, изданные потом книгой под заглавием «Во имя великодержавной Италии», а когда Италия вмешалась в войну, пошел добровольцем в авиаторы и в пехоту офицером, попутно слагая гимны в честь итальянского оружия (поэма о гибели подводной лодки). После войны, не давшей итальянской буржуазии ощутительных выгод, А. во главе отряда временно занял город Фиумэ (1919), как некий аванпост итальянского капитализма на Балканах. После ликвидации фиумской авантюры А. то заигрывает с рабочим движением, «возглавляет» федерацию работников моря, то — после ее разгрома Муссолини — солидаризуется с фашизмом, то ударяется в мистику, вступая в орден францисканцев. Последние годы (с 1925) жил в великолепной вилле «Витториле» в Гордоне, переходя от мистических трактатов об авиации к жизнеописанию автора «Божественной комедии» Данте. Произведения А. пользовались у нас значительной популярностью в эпоху господства символизма, драмы его («Мертвый город», «Джоконда», «Слава») были переведены (хотя и не очень точно) Балтрушайтисом. С А. поэтов этой школы роднил его индивидуализм и эстетизм, лежавшие в основе и русского символизма. В эпоху реакции, последовавшей за крушением первой нашей революции, А. продолжал пользоваться широкой известностью в атмосфере наступившего среди буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции общественного индифферентизма и много переводился, между прочим, в дешевых изданиях изд-ва «Польза». Ныне совершенно не актуален для нашей художественной литературы.

Библиография:
Воровский В. В., Факел под мерой (в сб. «Литературные очерки», М., 1923); Фриче В., Западноевропейская литература XX в., М., 1928; Журнал «Critica», начиная со II т. Borgese, G. d’ A. (con bibliografia), Napoli, 1909; Morello W., G. d’ A., Roma, 1910; Gorgiulo, G. d’A., Napoli, 1912; Vossler, Italienische Literatur der Gegenwart, 1914.

Литературная энциклопедия. — В 11 т.; М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература.1929—1939.



Смотреть больше слов в «Литературной энциклопедии»

АНОНИМ →← АННОТАЦИЯ

Смотреть что такое АННУНЦИО в других словарях:

АННУНЦИО

АННУНЦИО Габриэле д’ (Gabriele d’Annunzio, 1863-), настоящее имя - Рапаньетта (Rapagnetta) - крупнейший итальянский поэт эпохи, последовавшей за объед... смотреть

АННУНЦИО

Габриэле д’ [Gabriele d’Annunzio, 1863–, настоящее имя — Рапаньетта (Rapagnetta) — крупнейший итальянский поэт эпохи, последовавшей за объединением Италии (так наз. «Третьей Италии» — Terza Italia), яркий выразитель расцвета и упадка буржуазии. Уже в лицее А. обнаружил поэтические способности, воспевал величие Италии и мощь итальянских королей (дебютир. в печ. в 1879), чтобы вскоре занять место наиболее популярного и модного писателя. Он отражал в своих произведениях (лирике, драмах, романах) эволюцию буржуазии от аморального, индивидуалистического эстетизма (последние десятилетия XIX в.) к империализму [XX в.. В произведениях А. первого периода центральным образом является эстет, аморалист, индивидуалист, «сверхчеловек», живущий для красоты, любви, наслаждения, относящийся даже к самым близким людям лишь как к «средству» к указанной «цели». Таковы поэт Алессандро в драме «Мертвый город», ваятель Лючио в драме «Джоконда», Сперелли в романе «Наслаждение» и др. Любовь в смысле страсти — лейтмотив в его лирике («Изоттео» и др.), драмах («Сон в осенние сумерки»), романах («Триумф смерти»). Этот аморальный индивидуалистический эстетизм облекается у А. в нарочито «аристократическую» форму, с выпадами по адресу выскочек-буржуа, этих «нахальных господ, разъезжающих по княжеским улицам Рима», чьи «надменные позы и хищнические руки в неуклюжих перчатках словно говорят: преклоняйтесь, мы новые владыки мира», равно как и по адресу социалистов, якобы только и мечтающих о том, чтобы «уничтожить цивилизацию» и все «головы сделать равными» (роман «Девы скал»). Пристрастие А. к старому барскому миру выступает вообще довольно отчетливо в некоторых из ранних его произведений, напр. в романе «Невинная жертва», где для героя-помещика категорическим императивом является принцип «чистоты крови», однако  при явном сознании обреченности этого барского мира, особенно ярко сказавшемся в драме «Факел под мерой», где изображается гибель старой усадьбы и древнего аристократического рода под пятой «рожденной из гнили» плебейки, ставшей хозяйкой в дворянском гнезде. Выражая, несмотря на пристрастие к аристократическому миру и на внешнее отвращение к буржуазной действительности, гедонистическую и эстетическую резко индивидуалистическую установку на жизнь, характерную для эпохи господства буржуазии, А. в своей художественной форме отражает, с одной стороны, отсутствие у этого класса, только что пробившегося к власти, определенного стиля, бросаясь от одной моды к другой, от идеализма и морализма русских писателей — Толстого и Достоевского («Невинная жертва», «Дж. Эпископо») к натурализму Золя («Пескарские рассказы»), от «ницшеанства» (большинство из вышеуказанных произведений) к символизму (драма «Слава»), а с другой стороны, — необходимость заменить строгую стильность роскошью и декоративностью перегруженного до крайних пределов, совершенно барочного (см. «Барокко») стилистического оформления своей тематики. Сквозь эстетический и гедонистический индивидуализм А. на рубеже XX в. все более пробивается — по мере роста в итальянской буржуазии национального самосознания и национальной экспансии — национальная идея, преодолевая прежний крайний индивидуализм. А. задумывает написать большую поэму о Гарибальди, не о Гарибальди-республиканце и демократе, а о Гарибальди — герое национального объединения и раскрепощения (написана лишь часть — «Ночь на Капрере»). Так, с другой стороны, в романе «Огонь», где А. довольно откровенно рассказал свой роман с артисткой Э. Дузе, не называя ее, впрочем, по имени, проводится (в речи героя — поэта, на открытии театра) мысль о новом «Возрождении» Италии, к-рое придет от искусства. Освобождаясь постепенно от эстетического своего покрова, национальная идея превращается у А. в идею империалистической экспансии Италии. В драме «Сильнее смерти» опоэтизирован путешественник, проникающий в глубь Африки, расчищая почву для будущих колониальных завоеваний. В своих «Морских одах» А. воспевает великих адмиралов Венеции, господствовавших на волнах Адриатики, как в драме «Корабль» темой служит апофеоз морского могущества Италии, направляющей свои завоевательные планы на Балканы, на Константинополь. Несмотря на эти империалистические тенденции, несмотря на то, что он даже выступил как поэт технического завоевания воздуха, как поэт авиации (роман «Может быть да, может быть нет»), А. как художник слова — пассеист, возрождающий и консервирующий старую поэтическую технику доиндустриального  и дофинансового капитализма, — отсюда вражда к нему итальянских футуристов (см. их памфлет: «Боги уходят, Аннунцио остается»). Когда началась война 1914–1918 и Италия соблюдала нейтралитет, А. вел неутомимую и страстную кампанию за ее участие в войне на стороне Антанты, произносил и писал шовинистические воззвания и речи, изданные потом книгой под заглавием «Во имя великодержавной Италии», а когда Италия вмешалась в войну, пошел добровольцем в авиаторы и в пехоту офицером, попутно слагая гимны в честь итальянского оружия (поэма о гибели подводной лодки). После войны, не давшей итальянской буржуазии ощутительных выгод, А. во главе отряда временно занял город Фиумэ [1919, как некий аванпост итальянского капитализма на Балканах. После ликвидации фиумской авантюры А. то заигрывает с рабочим движением, «возглавляет» федерацию работников моря, то — после ее разгрома Муссолини — солидаризуется с фашизмом, то ударяется в мистику, вступая в орден францисканцев. Последние годы [с 1925]жил в великолепной вилле «Витториле» в Гордоне, переходя от мистических трактатов об авиации к жизнеописанию автора «Божественной комедии» Данте. Произведения А. пользовались у нас значительной популярностью в эпоху господства символизма, драмы его («Мертвый город», «Джоконда», «Слава») были переведены (хотя и не очень точно) Балтрушайтисом. С А. поэтов этой школы роднил его индивидуализм и эстетизм, лежавшие в основе и русского символизма. В эпоху реакции, последовавшей за крушением первой нашей революции, А. продолжал пользоваться широкой известностью в атмосфере наступившего среди буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции общественного индифферентизма и много переводился, между прочим, в дешевых изданиях изд-ва «Польза». Ныне совершенно не актуален для нашей художественной лит-ры. Библиография: Воровский В. В., Факел под мерой (в сб. «Литературные очерки», М., 1923); Фриче В., Западноевропейская литература XX в., М., 1928; Журнал «Critica», начиная со II т. Borgese, G. d’ A. (con bibliografia), Napoli, 1909; Morello W., G. d’ A., Roma, 1910; Gorgiulo, G. d’A., Napoli, 1912; Vossler, Italienische Literatur der Gegenwart, 1914. В. Фриче... смотреть

АННУНЦИО

(Габриэль d'Annunzio, род. в 1861 г.) — знаменитый итальянский писатель, поэт, романист и драматург, уроженец Пескары в Абруццах. Пятнадцати лет от роду издал книжку стихов "Primo Vere", за которой последовала другая "Canto novo". Успех этих первых сборников был необычайный. Критика предсказывала поэту огромную будущность, предостерегая его только от чрезмерной эротичности его поэтической фантазии. Первые поэтические опыты д'А. написаны были, по его собственному свидетельству, под влиянием "Odi Barhan" Кардучи; отразился на первых произведениях юноши отчасти и модный тогда поэт Стекетти. К первым же юношеским сборникам д'А. относится книжка стихов "In Memoriam", затем несколько книжек рассказов: "Terra Vergine", "II libro delle Vergine", "San Pantaleone". В 1882-м г. 18-летний поэт приехал в Рим для поступления в Университет и там, благодаря своему таланту, необыкновенной красоте и обаятельности, сделался общим кумиром и провел несколько лет необычайно бурной жизни среди литературных и светских успехов. В разных своих автобиографических заметках д'А. сам рассказывает без всякой скромности о поклонении, которым он был окружен. К годам римской жизни относятся сборники стихов "Intermezzo di rime" и "Isotteo e la Chimera". Первый из них заключал в себе сонеты, посвященные плотским удовольствиям, связанным с неизбежным пресыщением и тоской. Необычайной откровенностью ощущений и несдержанностью языка он вызвал резкие протесты в критике. В сборнике "Isotteo e la Chimera", столь же проникнутом культом любви и наслаждения, преобладает забота о классической красоте форм, вытесняющая непосредственную страстность лирики. Из Рима д'А. вернулся на родину, поселился во Франкавилле, на берегу Адриатического моря, и жил там около десяти лет, до 1900 года. Это самая плодотворная пора творчества д'А. Из лирических сборников к ней относится "Роеmа Paradisiaco", воспевающий природу и грустные созерцательные настроения. Главным образом расцвело прозаическое творчество д'А., связанное с разными литературными влияниями.К первой серии его романов, соединенных между собой общностью не содержания, а настроения, относятся "Il Piacere", "L'Innocente" и "Trionfe della morte". В первом из них настолько сильно влияние французских реалистов — отчасти Флобера, отчасти некоторых современных романистов, — что автора обвинили даже в прямом заимствовании. Обвинения эти пали сами собой, ввиду очевидной оригинальности всего духа произведений д'А. В "Innocente " д'А. является прямым учеником Льва Толстого и проповедует культ жалости, странным образом сочетающийся, однако, у этого певца страсти с неискоренимым тяготением к жестокости, доходящей почти до садизма. В "Trionfe della Morte" воспевание трагической силы страстей доведено до крайнего напряжения. Отличительная черта этих трех романов, а также повести "Giovanni Episcopo", написанной под сильным влиянием Достоевского, — упоение красотой от мира сего, оттененное беспредельной тоской по духовной радости не от мира сего. Эти два равносильных тяготения трагически сталкиваются в каждом из романов д'А. — Меньший интерес представляет следующий период творчества д'А., когда он подпал под сильное влияние Ницше и стал проповедовать сверхчеловеческие права прекрасной личности. В этом духе написаны его романы "Fuoco" и "Virgine delle Rocche". В художественном отношении они очень интересны, но по замыслу риторичны и пусты. В "Fuoco" много автобиографического материала; самовосхваление героя, сливающегося с автором, переступает всякие границы. Но и в этих романах д'А. остается верен основной своей идее — воспеванию сильной личности. Сначала он воссоздавал трагедию личности, раздвоенную между радостью плоти и жаждой духовной; потом он нашел эстетическое примирение в ницшеанстве, в культе сверхчеловека. В последние годы в творчестве д'А. произошла новая эволюция. После ницшеанского презрения к толпе и жажды обособленных настроений, поэт вернулся к слиянию с общественною жизнью, стал мечтать о возрождении античной драмы и хотел создать национальный театр, при содействии знаменитой артистки Элеоноры Дузэ. Проектировалось здание театра в римской Кампанье. Предприятие это расстроилось, но для предполагавшегося театра д'А. стал писать драмы, в которых воплощает античную идею рока, преображенную современным пониманием сложных влечений человеческой души. Драмы д'А. чужды ницшеанства и представляют собой страстную защиту всего, что делает жизнь сильной и властной. По форме драмы д'А. символичны; некоторые из них, как, напр., "Мертвый город", сильно напоминает манеру Метерлинка. До сих пор д'А. написал следующие драмы: "Un sogno di una notte di primavera", "La Giaconda", "La Citta morte", "Gloria", "Francesca da Rimini", "La Figlia di Jorio". В последнее время д'А. перешел к воспеванию жизненных интересов, писал даже гимны национальным героям, воспевал Гарибальди; его новейшее лирическое произведение — два больших тома "Laudi", состоящих из гимнов жизни во всех ее проявлениях, до зрелищ городской суеты включительно. Все эти фазисы в творчестве д'А. интересны главным образом потому, что проявляются с чисто южной непосредственностью и первоклассным художественным талантом, облекающим все в прекрасные образы.<br><p>Ср. Guiseppe Busolli, "Gabriele d'An-nunzio" (Тревизо, 1902); G. dl Properzio, <span class="bold"> </span>"Gr. d'Annunzio" (1896); G. A. Borgese, "L'opera poetica di G<span class="italic">.</span> d'A. ("Nuova Antologia", 1 и 15 Sett. 1903). На русский язык переведены "Мертвый город" (А. Гриневская), "Франческа да Римини", "Дочь Иорио", "Джиаконда". <span class="italic"><br><p>З. Венгерова. </p></span><br></p>... смотреть

АННУНЦИО

Аннунцио (Габриэль d‘Annunzio, род. в 1861 г.) — знаменитый итальянский писатель, поэт, романист и драматург, уроженец Пескары в Абруццах. Пятнадцати лет от роду издал книжку стихов "Primo Vere", за которой последовала другая "Canto novo". Успех этих первых сборников был необычайный. Критика предсказывала поэту огромную будущность, предостерегая его только от чрезмерной эротичности его поэтической фантазии. Первые поэтические опыты д‘А. написаны были, по его собственному свидетельству, под влиянием "Odi Barhan" Кардучи; отразился на первых произведениях юноши отчасти и модный тогда поэт Стекетти. К первым же юношеским сборникам д‘А. относится книжка стихов "In Memoriam", затем несколько книжек рассказов: "Terra Vergine", "II libro delle Vergine", "San Pantaleone". В 1882-м г. 18-летний поэт приехал в Рим для поступления в Университет и там, благодаря своему таланту, необыкновенной красоте и обаятельности, сделался общим кумиром и провел несколько лет необычайно бурной жизни среди литературных и светских успехов. В разных своих автобиографических заметках д‘А. сам рассказывает без всякой скромности о поклонении, которым он был окружен. К годам римской жизни относятся сборники стихов "Intermezzo di rime" и "Isotteo e la Chimera". Первый из них заключал в себе сонеты, посвященные плотским удовольствиям, связанным с неизбежным пресыщением и тоской. Необычайной откровенностью ощущений и несдержанностью языка он вызвал резкие протесты в критике. В сборнике "Isotteo e la Chimera", столь же проникнутом культом любви и наслаждения, преобладает забота о классической красоте форм, вытесняющая непосредственную страстность лирики. Из Рима д‘А. вернулся на родину, поселился во Франкавилле, на берегу Адриатического моря, и жил там около десяти лет, до 1900 года. Это самая плодотворная пора творчества д‘А. Из лирических сборников к ней относится "Роеmа Paradisiaco", воспевающий природу и грустные созерцательные настроения. Главным образом расцвело прозаическое творчество д‘А., связанное с разными литературными влияниями. К первой серии его романов, соединенных между собой общностью не содержания, а настроения, относятся "Il Piacere", "L‘Innocente" и "Trionfe della morte". В первом из них настолько сильно влияние французских реалистов — отчасти Флобера, отчасти некоторых современных романистов, — что автора обвинили даже в прямом заимствовании. Обвинения эти пали сами собой, ввиду очевидной оригинальности всего духа произведений д‘А. В "Innocente " д‘А. является прямым учеником Льва Толстого и проповедует культ жалости, странным образом сочетающийся, однако, у этого певца страсти с неискоренимым тяготением к жестокости, доходящей почти до садизма. В "Trionfe della Morte" воспевание трагической силы страстей доведено до крайнего напряжения. Отличительная черта этих трех романов, а также повести "Giovanni Episcopo", написанной под сильным влиянием Достоевского, — упоение красотой от мира сего, оттененное беспредельной тоской по духовной радости не от мира сего. Эти два равносильных тяготения трагически сталкиваются в каждом из романов д‘А. — Меньший интерес представляет следующий период творчества д‘А., когда он подпал под сильное влияние Ницше и стал проповедовать сверхчеловеческие права прекрасной личности. В этом духе написаны его романы "Fuoco" и "Virgine delle Rocche". В художественном отношении они очень интересны, но по замыслу риторичны и пусты. В "Fuoco" много автобиографического материала; самовосхваление героя, сливающегося с автором, переступает всякие границы. Но и в этих романах д‘А. остается верен основной своей идее — воспеванию сильной личности. Сначала он воссоздавал трагедию личности, раздвоенную между радостью плоти и жаждой духовной; потом он нашел эстетическое примирение в ницшеанстве, в культе сверхчеловека. В последние годы в творчестве д‘А. произошла новая эволюция. После ницшеанского презрения к толпе и жажды обособленных настроений, поэт вернулся к слиянию с общественною жизнью, стал мечтать о возрождении античной драмы и хотел создать национальный театр, при содействии знаменитой артистки Элеоноры Дузэ. Проектировалось здание театра в римской Кампанье. Предприятие это расстроилось, но для предполагавшегося театра д‘А. стал писать драмы, в которых воплощает античную идею рока, преображенную современным пониманием сложных влечений человеческой души. Драмы д‘А. чужды ницшеанства и представляют собой страстную защиту всего, что делает жизнь сильной и властной. По форме драмы д‘А. символичны; некоторые из них, как, напр., "Мертвый город", сильно напоминает манеру Метерлинка. До сих пор д‘А. написал следующие драмы: "Un sogno di una notte di primavera", "La Giaconda", "La Citta morte", "Gloria", "Francesca da Rimini", "La Figlia di Jorio". В последнее время д‘А. перешел к воспеванию жизненных интересов, писал даже гимны национальным героям, воспевал Гарибальди; его новейшее лирическое произведение — два больших тома "Laudi", состоящих из гимнов жизни во всех ее проявлениях, до зрелищ городской суеты включительно. Все эти фазисы в творчестве д‘А. интересны главным образом потому, что проявляются с чисто южной непосредственностью и первоклассным художественным талантом, облекающим все в прекрасные образы. Ср. Guiseppe Busolli, "Gabriele d‘An-nunzio" (Тревизо, 1902); G. dl Properzio, "Gr. d‘Annunzio" (1896); G. A. Borgese, "L‘opera poetica di G<i>.</i> d‘A. ("Nuova Antologia", 1 и 15 Sett. 1903). На русский язык переведены "Мертвый город" (А. Гриневская), "Франческа да Римини", "Дочь Иорио", "Джиаконда". <i> З. Венгерова. </i><br><br><br>... смотреть

АННУНЦИО

АННУНЦИО Габриеле д‘, см. Д‘Аннунцио.

АННУНЦИО

АННУНЦИО Габриеле д‘, см. Д‘Аннунцио.

АННУНЦИО

- Габриеле д - см. Д Аннунцио.

АННУНЦИО ГАБРИЕЛЕ

АННУНЦИО Габриеле д - см. Д Аннунцио.

АННУНЦИО ГАБРИЕЛЕ

Аннунцио Габриеле, итальянский писатель; см. Д'Аннунцио Г.

АННУНЦИО ГАБРИЕЛЕ Д'

Портрет

АННУНЦИО ГАБРИЕЛЕ Д'

АННУНЦИО Габриеле д', см. Д'Аннунцио.

АННУНЦИО ГАБРИЕЛЕ Д&#8216;

АННУНЦИО Габриеле д‘ , см. Д‘Аннунцио.

T: 92