АСЕЕВ


АСЕЕВ Николай Николаевич (1889–) — совр. русский поэт. В войну 1914–1918 мобилизован. После Октябрьской революции живет во Владивостоке, работает на бирже труда, затем в полулегальной советской газете, печатает там антиинтервенционистские политические фельетоны, в то же время организует литературное общество «Балаганчик», преследующее чисто богемные цели. Вернувшись в Москву, А. стал одним из виднейших поэтов и теоретиков «Лефа» (см.).
        А. дебютировал книжкой стихов в 1914. Вот как А. рисует свой предреволюционный облик: «я, двадцатисемилетний поэт, выученик символистов... я, увлекавшийся переводами Маллармэ, Верлена и Вьеле Гриффена, благоговевший перед Теодором Амедеем Гофманом, восторженно носивший в сердце силу и выдержку горестной судьбы Оскара Уайльда, одним словом, я — рафинированный интеллигент». В первых же книгах А. выступил как типичный декадент-романтик. А. примкнул к группе С. Боброва «Центрифуга», пытавшейся сочетать классическую «чистую» лирику с техническими завоеваниями молодого еще тогда кубо-футуризма.
        Богемный характер творчества молодого А. быть может ярче всего сказался в образах «Океании» (небоночное кафе, полуголая луна, возлежащая на синей покатой софе, дежурящая звезда, подающая устриц) или «Нового утра» (курят ангелы сигары, вчерашняя ночь — старая кокотка). А. презирал трезвенно-меркантильный мир. Ему казалось, что «мир — только страшная морда», он мечтал с любимой «из мира убежать», «чтобы вечно не встречаться ни друзьям, ни домочадцам». Он скорбел, что «жизнь осыпается пачками рублей». Он провозглашал свою особность, свою несвязанность с миром меркантильного мещанства — «меня не заманишь ты в клерки».И войну 1914–1918 А. радостно воспринял как грандиозное крушение устоявшегося мещанского уклада («Время Европу расшвырять. Пусть рушатся камни зданий в огне, пусть исказится за чертою черта поношенной морды мира»). В дореволюционных стихах А., кроме всего этого, чувствовалась романтика запорожских песен («Песни сотен», «Песня Ондрия»), образы русских сказок («Еще! Исковерканный страхом»), славянская мифология («Над Гоплой»). Эти элементы, усилившиеся под бесспорным влиянием В. Хлебникова, (см.), окрасили в свои цвета на первых порах и асеевское восприятие революции. Он славит из Владивостока Советскую Россию («Россия издали») в деревенских образах: лен, синь, черные пашни, ковыли, черешни, зеленя, покос. Еще до революции А. провидел «судьбу грядущую свою, протоптанную Пугачевым», а в торжествующей революции А. разглядел «Степана Тимофеевича». В этом стилизованном и бунтарском восприятии революции сказался восторг индивидуалиста из богемы, дождавшегося крушения ненавистного ему мещанского уклада. Вот как А. рисует свое послеоктябрьское настроение: «Старая культура отгремела за плечами, как ушедшая туча. Возврата к ней для меня, недостаточно приросшего к ней, недостаточно пустившего в нее корни, быть не могло; на моих чувствах и мыслях не были еще набиты мозоли привычек. И радость от изменения поношенных черт мирового лица несла меня в сторону нового. Это новое не было миросозерцанием. Оно для меня, да и для большинства окружавших, скорее было выходом из старого, возможностью, предощущением, тем, что выражалось в коротеньком определении „хуже не будет“, определении, ставившем многих на невозвратный путь».
        Это восприятие революции со стороны стихийного разгрома мещанского уклада выразилось в большой силе ненависти к реакционной обывательщине («Мы пели песни») и в значительной беспомощности при выявлении положительных стремлений революции (стершиеся штампы — правда, кривда, свобода, народ, враги народа и т. д.).
        С переездом в Москву — центр пролетарской революции — А. сумел разглядеть и иные стороны революционной борьбы, революционных сдвигов. Еще до 1917 в стихотворении А. «Заржавленная лира» встречается «завод стальных гибчайших песен», но там — это случайная ассоциация, не связанная ни с мироощущением автора, ни с тематикой, ни с системой образов. Но этот случайный старый мотив развертывается в целую программу в прекрасном стихотворении «О нем». «О нем» и «Гастев» означали конец восприятия Октябрьской революции как новой разиновщины и начало творческого приближения к подлинно пролетарскому, индустриальному Октябрю. Асееву, как и его «стальному соловью», захотелось в одно ярмо «с гудящими всласть заводами». А. приветствует Гастева, как «Овидия горняков, шахтеров, слесарей». А. сознает огромную разницу между своим мировосприятием и мировосприятием пролетарского авангарда («Мы — мещане. Стоит ли стараться, из подвалов наших, из мансард, мукой бесконечных операций нарезать эпоху на сердца?»), но в то же время провозглашает: «Нет. Никто б не мог меня поссорить с будущим, зовущим за собой».
        На этом третьем этапе своего творчества (первый — 1912–1917, второй — 1918–1922, третий — 1923 и дальше) А. выступает как романтик, преданный делу пролетарской революции, но задыхающийся в революционных буднях. А. кажется, что «стало — очень похоже на прежнюю канитель», он с ужасом слышит, «как томно скулит Травиата со всех бесконечных эстрад». Поэта пугает не кажущееся или действительное наступление антипролетарских социальных сил, а цепкость мещанских бытовых навыков и старой эстетики. Богемные корни этого — в большей мере эстетического и бытового, чем политического — подхода к революционным будням — очевидны. Поэма «Лирическое отступление» особенно характерна для А. последнего периода. Призывы быть на-чеку против вкрадчивых, внешне-лойяльных, идущих не штурмом, а тихой сапой, врагов, неискоренимая, органическая ненависть к варварству мещанского быта, калечащего и грязнящего всякое сильное чувство, всякое человеческое переживание, — таковы сильные стороны поэмы. Явная переоценка эстетических и бытовых моментов, отчаяние, ощущение, что «день революции сгаснет в неясном рассветном бреду», что «крашено рыжим цветом, а не красным — время», — таковы ее вывихи. Но в другой поэме, «Свердловская буря», А. разглядел то, чего не заметил в «Лирическом отступлении»: «проросший сквозь нэп строевой молодняк», который «не сдастся на милость врага» и «прождет — пока не избудем буден». К числу лучших стихотворений А. за последние годы, кроме названных, принадлежат: поэма «Черный принц», «Русская сказка», «Синие гусары» и т. д.
        А. — один из лучших современных мастеров стиха. А. напевнее и лиричнее Маяковского, хотя нередко пользуется ораторским синтаксисом и лозунговостью последнего. Сам А. говорит о своих стихах как «о напеве» («Полярное путешествие»), а «Свердловскую бурю» начинает признанием: «Я лирик по складу своей души, по самой строчечной сути».
        Первый значительный опыт А. в области стихотворного повествования — поэма «Семен Проскаков», созданная к десятилетию Октябрьской революции и разработавшая подлинную биографию пролетария-партизана, героя гражданской войны. «Семен Проскаков» — шаг вперед к овладению конкретным революционным материалом. И это повествование А. насквозь лирично.
        Для стиха А. характерна «установка на звук и ритм» (И. Аксенов). А. любит «звуковые повторы внутри фразы, доходящие до почти полного совпадения звуков слов, близких одно к другому» (Г. Горбачев). Подобно Б. Пастернаку, А. охотно сближает в стихе слова по звуковым ассоциациям: «Я запретил бы „Продажу овса и сена“... Ведь это пахнет убийством отца и сына», «Матерой материк», «Солнце опалом на пальце», «Стекало с стекольных», «Тебе бы не повесть, а поезд, тебе б не рассказ, а раскат» и т. д. Редкое звуковое мастерство А. хранит однако отпечаток декадентского прошлого. Чрезмерная изощренность звукового строя стихотворений А. нередко противоречит их идейному и эмоциональному содержанию, нередко затемняет смысл, делая целые строфы непонятными. Эти недостатки свойственны даже агитационным стихотворениям А. Искусственность эта особенно явственна в рифмах А. Декадентски футуристический формализм приводит порою к совершенно нестерпимым срывам. Таков размен революционной трагедии на дешевые аллитерации в стихотворении «Тайга» («Тебя расстреляли, меня — расстреляли, и выстрелов трели ударились в дали, а даль растерялась — растрелилась даль»).
        Трагедия А. — трагедия литературного попутчика, искренне рвущегося к революции, но отягощенного богемно-футуристическим прошлым.

Библиография:

I. Ночная флейта, М., 1914; Зор, М., 1914; Ой кониндан окейн, М., 1915; Океания, М., 1916; Бомба, Владивосток, 1921; Стальной соловей, М., 1922; Софрон на фронте, М., 1922; Буденный, М., 1923; Совет ветров, М., 1923, Избрань, М., 1923; Октябрьские песни, М., 1925; Поэмы, М. — Л., 1925; Самое лучшее, М., 1926; Изморозь, М. — Л., 1927; Семен Проскаков, М. — Л., 1928. Критические статьи печатались в «Красной нови», «Печати и революции», «Лефе», «Новом лефе», «Новом мире», «Октябре» и альманахе «Удар». Интересны воспоминания А. — «Октябрь на Дальнем» («Новый леф», № 8–9), 1927.
        

II. Брюсов В. Я., Вчера, сегодня и завтра русской поэзии, журн. «Печать и революция», № 7, 1922; Гусман Б., 100 поэтов, М., 1923; Родов С., В литературных боях, М., 1926; Селивановский А., «На литературном посту», № 2, 1927; Горбачев, Г., Современная русская литература, Л., 1928.

Литературная энциклопедия. — В 11 т.; М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература.1929—1939.

Асе́ев
Николай Николаевич (1889, Льгов Курской губ. – 1963, Москва), русский поэт, переводчик.

АСЕЕВ фото
Н. Н. Асеев


Родился в семье страхового агента, учился в Харьковском и Московском ун-тах. Первые журнальные публикации относятся к 1911 г. Для ранней лирики характерен мощный патриотический подъём, который передают величественные, торжественные интонации. В 1913 г. Асеев вошёл в литературную группу «Лирика», организованную С. Бобровым, а с 1914 г. – в выделившуюся из неё группу «Центрифуга», примыкавшую к футуризму. В этом же году вышли первая книга «Ночная флейта», в произведениях которой чувствовалось как влияние футуризма, так и символизма, и вторая – «Зор», написанная под влиянием устного народного творчества. После революций 1917 г. Асеев с энтузиазмом включился в борьбу за построение нового общества. Этой идее посвящены сборники «Бомба» (1921), «Стальной соловей» (1922), поэмы «Лирическое отступление» (1924), «Электриада» (1924), «Семён Проскаков» (1928). Поэта привлекала и историческая тематика: этапное произведение в его творчестве – поэма «Синие гусары» посвящена памяти декабристов. Произведение написано к столетию со дня их восстания. Удачной попыткой рассказать о времени является поэма «Маяковский начинается» (1940), ведь Асеев считал себя учеником и последователем В. В. Маяковского. Наиболее широко отмечена критикой книга Асеева «Лад» (1961). «Книга пронизана напряжённым раздумьем о времени и человеке, стихи отличаются образной конкретностью и вместе с тем носят масштабный, динамический, повышенно экспрессивный характер» (В. А. Зайцев). Последние книги Асеева «Самые мои стихи» (1962) и «Зачем и кому нужна поэзия» (1961).

Литература и язык. Современная иллюстрированная энциклопедия. — М.: Росмэн.2006.



Смотреть больше слов в «Литературной энциклопедии»

АСИ →← АСВАГОША

Смотреть что такое АСЕЕВ в других словарях:

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-) - совр. русский поэт. В войну 1914-1918 мобилизован. После Октябрьской революции живет во Владивостоке, работает на б... смотреть

АСЕЕВ

Николай Николаевич [1889–]— совр. русский поэт. В войну 1914–1918 мобилизован. После Октябрьской революции живет во Владивостоке, работает на бирже труда, затем в полулегальной советской газете, печатает там антиинтервенционистские политические фельетоны, в то же время  организует лит-ое общество «Балаганчик», преследующее чисто богемные цели. Вернувшись в Москву, А. стал одним из виднейших поэтов и теоретиков «Лефа» (см.). А. дебютировал книжкой стихов в 1914. Вот как А. рисует свой предреволюционный облик: «я, двадцатисемилетний поэт, выученик символистов... я, увлекавшийся переводами Маллармэ, Верлена и Вьеле Гриффена, благоговевший перед Теодором Амедеем Гофманом, восторженно носивший в сердце силу и выдержку горестной судьбы Оскара Уайльда, одним словом, я — рафинированный интеллигент». В первых же книгах А. выступил как типичный декадент-романтик. А. примкнул к группе С. Боброва «Центрифуга», пытавшейся сочетать классическую «чистую» лирику с техническими завоеваниями молодого еще тогда кубо-футуризма. Богемный характер творчества молодого А. быть может ярче всего сказался в образах «Океании» (небоночное кафе, полуголая луна, возлежащая на синей покатой софе, дежурящая звезда, подающая устриц) или «Нового утра» (курят ангелы сигары, вчерашняя ночь — старая кокотка). А. презирал трезвенно-меркантильный мир. Ему казалось, что «мир — только страшная морда», он мечтал с любимой «из мира убежать», «чтобы вечно не встречаться ни друзьям, ни домочадцам». Он скорбел, что «жизнь осыпается пачками рублей». Он провозглашал свою особность, свою несвязанность с миром меркантильного мещанства — «меня не заманишь ты в клерки». И войну 1914–1918 А. радостно воспринял как грандиозное крушение устоявшегося мещанского уклада («Время Европу расшвырять. Пусть рушатся камни зданий в огне, пусть  исказится за чертою черта поношенной морды мира»). В дореволюционных стихах А., кроме всего этого, чувствовалась романтика запорожских песен («Песни сотен», «Песня Ондрия»), образы русских сказок («Еще! Исковерканный страхом»), славянская мифология («Над Гоплой»). Эти элементы, усилившиеся под бесспорным влиянием В. Хлебникова, (см.), окрасили в свои цвета на первых порах и асеевское восприятие революции. Он славит из Владивостока Советскую Россию («Россия издали») в деревенских образах: лен, синь, черные пашни, ковыли, черешни, зеленя, покос. Еще до революции А. провидел «судьбу грядущую свою, протоптанную Пугачевым», а в торжествующей революции А. разглядел «Степана Тимофеевича». В этом стилизованном и бунтарском восприятии революции сказался восторг индивидуалиста из богемы, дождавшегося крушения ненавистного ему мещанского уклада. Вот как А. рисует свое послеоктябрьское настроение: «Старая культура отгремела за плечами, как ушедшая туча. Возврата к ней для меня, недостаточно приросшего к ней, недостаточно пустившего в нее корни, быть не могло; на моих чувствах и мыслях не были еще набиты мозоли привычек. И радость от изменения поношенных черт мирового лица несла меня в сторону нового. Это новое не было миросозерцанием. Оно для меня, да и для большинства окружавших, скорее было выходом из старого, возможностью, предощущением, тем, что выражалось в коротеньком определении „хуже не будет“, определении, ставившем многих на невозвратный путь». Это восприятие революции со стороны стихийного разгрома мещанского уклада выразилось в большой силе ненависти к реакционной обывательщине («Мы пели песни») и в значительной беспомощности при выявлении положительных стремлений революции (стершиеся штампы — правда, кривда, свобода, народ, враги народа и т. д.). С переездом в Москву — центр пролетарской революции — А. сумел разглядеть и иные стороны революционной борьбы, революционных сдвигов. Еще до 1917 в стихотворении А. «Заржавленная лира» встречается «завод стальных гибчайших песен», но там — это случайная ассоциация, не связанная ни с мироощущением автора, ни с тематикой, ни с системой образов. Но этот случайный старый мотив развертывается в целую программу в прекрасном стихотворении «О нем». «О нем» и «Гастев» означали конец восприятия Октябрьской революции как новой разиновщины и начало творческого приближения к подлинно пролетарскому, индустриальному Октябрю. Асееву, как и его «стальному соловью», захотелось в одно ярмо «с гудящими всласть заводами». А. приветствует Гастева, как «Овидия горняков,  шахтеров, слесарей». А. сознает огромную разницу между своим мировосприятием и мировосприятием пролетарского авангарда («Мы — мещане. Стоит ли стараться, из подвалов наших, из мансард, мукой бесконечных операций нарезать эпоху на сердца»), но в то же время провозглашает: «Нет. Никто б не мог меня поссорить с будущим, зовущим за собой». На этом третьем этапе своего творчества (первый — 1912–1917, второй — 1918–1922, третий — 1923 и дальше) А. выступает как романтик, преданный делу пролетарской революции, но задыхающийся в революционных буднях. А. кажется, что «стало — очень похоже на прежнюю канитель», он с ужасом слышит, «как томно скулит Травиата со всех бесконечных эстрад». Поэта пугает не кажущееся или действительное наступление антипролетарских социальных сил, а цепкость мещанских бытовых навыков и старой эстетики. Богемные корни этого — в большей мере эстетического и бытового, чем политического — подхода к революционным будням — очевидны. Поэма «Лирическое отступление» особенно характерна для А. последнего периода. Призывы быть на-чеку против вкрадчивых, внешне-лойяльных, идущих не штурмом, а тихой сапой, врагов, неискоренимая, органическая ненависть к варварству мещанского быта, калечащего и грязнящего всякое сильное чувство, всякое человеческое переживание, — таковы сильные стороны поэмы. Явная переоценка эстетических и бытовых моментов, отчаяние, ощущение, что «день революции сгаснет в неясном рассветном бреду», что «крашено рыжим цветом, а не красным — время», — таковы ее вывихи. Но в другой поэме, «Свердловская буря», А. разглядел то, чего не заметил в «Лирическом отступлении»: «проросший сквозь нэп строевой молодняк», который «не сдастся на милость врага» и «прождет — пока не избудем буден». К числу лучших стихотворений А. за последние годы, кроме названных, принадлежат: поэма «Черный принц», «Русская сказка», «Синие гусары» и т. д. А. — один из лучших современных мастеров стиха. А. напевнее и лиричнее Маяковского, хотя нередко пользуется ораторским синтаксисом и лозунговостью последнего. Сам А. говорит о своих стихах как «о напеве» («Полярное путешествие»), а «Свердловскую бурю» начинает признанием: «Я лирик по складу своей души, по самой строчечной сути». Первый значительный опыт А. в области стихотворного повествования — поэма «Семен Проскаков», созданная к десятилетию Октябрьской революции и разработавшая подлинную биографию пролетария-партизана, героя гражданской войны. «Семен Проскаков» — шаг вперед к  овладению конкретным революционным материалом. И это повествование А. насквозь лирично. Для стиха А. характерна «установка на звук и ритм» (И. Аксенов). А. любит «звуковые повторы внутри фразы, доходящие до почти полного совпадения звуков слов, близких одно к другому» (Г. Горбачев). Подобно Б. Пастернаку, А. охотно сближает в стихе слова по звуковым ассоциациям: «Я запретил бы „Продажу овса и сена“... Ведь это пахнет убийством отца и сына», «Матерой материк», «Солнце опалом на пальце», «Стекало с стекольных», «Тебе бы не повесть, а поезд, тебе б не рассказ, а раскат» и т. д. Редкое звуковое мастерство А. хранит однако отпечаток декадентского прошлого. Чрезмерная изощренность звукового строя стихотворений А. нередко противоречит их идейному и эмоциональному содержанию, нередко затемняет смысл, делая целые строфы непонятными. Эти недостатки свойственны даже агитационным стихотворениям А. Искусственность эта особенно явственна в рифмах А. Декадентски футуристический формализм приводит порою к совершенно нестерпимым срывам. Таков размен революционной трагедии на дешевые аллитерации в стихотворении «Тайга» («Тебя расстреляли, меня — расстреляли, и выстрелов трели ударились в дали, а даль растерялась — растрелилась даль»). Трагедия А. — трагедия лит-ого попутчика, искренне рвущегося к революции, но отягощенного богемно-футуристическим прошлым. Библиография: I. Ночная флейта, М., 1914; Зор, М., 1914; Ой кониндан окейн, М., 1915; Океания, М., 1916; Бомба, Владивосток, 1921; Стальной соловей, М., 1922; Софрон на фронте, М., 1922; Буденный, М., 1923; Совет ветров, М., 1923, Избрань, М., 1923; Октябрьские песни, М., 1925; Поэмы, М. — Л., 1925; Самое лучшее, М., 1926; Изморозь, М. — Л., 1927; Семен Проскаков, М. — Л., 1928. Критические статьи печатались в «Красной нови», «Печати и революции», «Лефе», «Новом лефе», «Новом мире», «Октябре» и альманахе «Удар». Интересны воспоминания А. — «Октябрь на Дальнем» («Новый леф», № 8–9), 1927. II. Брюсов В. Я., Вчера, сегодня и завтра русской поэзии, журн. «Печать и революция», № 7, 1922; Гусман Б., 100 поэтов, М., 1923; Родов С., В лит-ых боях, М., 1926; Селивановский А., «На лит-ом посту», № 2, 1927; Горбачев, Г., Современная русская лит-ра, Л., 1928. Г. Лелевич... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич (27.6(9.7).1889, Льгов Курск. губ., — 16.7.1963, Москва) — рус. сов. поэт, переводчик, лит. критик. Ок. Курск. реальное уч-ще ... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич [27.6(9.7). 1889, Льгов,-16.7.1963, Москва], русский советский поэт. Род. в семье страхового агента. Детские годы провёл в д... смотреть

АСЕЕВ

(Николай Николаевич (1889-1963) – рус. поэт) Н. Асееву Посв. П912-14 (I,247); И перелетели материк Расеи вы Вместе с Асеевым. Хл922 (363); есть / у на... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-1963), русский поэт. Входил в футуристические группировки. От формальной изощрённости первых сборников ("Зор", 1914) пр... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ АСЕНИН1. Асеями в старину иногда называли англичан, которые, обращаясь к русским, частоговорили "I sap" (ай сэй) "послушайка". 2. Но больши... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-1963), русский поэт. В поэмах "Буденный" (1923), "Двадцать шесть" (1924), "Семен Проскаков" (1928) - романтическая героизация революции. От формальной изощренности первых сборников ("Зор", 1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности ("Раздумья", 1955; "Лад", 1961). В поэме "Маяковский начинается" (1940; Государственная премия СССР, 1941) создал образ поэта, борющегося за новое искусство. Книга размышлений о поэзии, воспоминания "Зачем и кому нужна поэзия" (1961).<br><br><br>... смотреть

АСЕЕВ

- Николай Николаевич (1889-1963) - русский поэт. В поэмах ""Буденный""(1923), ""Двадцать шесть"" (1924), ""Семен Проскаков"" (1928) - романтическаягероизация революции. От формальной изощренности первых сборников (""Зор"",1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности(""Раздумья"", 1955; ""Лад"", 1961). В поэме ""Маяковский начинается"" (1940;Государственная премия СССР, 1941) создал образ поэта, борющегося за новоеискусство. Книга размышлений о поэзии, воспоминания ""Зачем и кому нужнапоэзия"" (1961).... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Борис Николаевич (р. 12.10. 1909, Замостье, ныне в Польше), советский театровед и педагог. В 1934 окончил театроведческий ф-т ГИТИСа. Доктор ис... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889 - 1963), русский поэт. От формальной изощренности первых сборников ("Зор", 1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности ("Раздумья", 1955; "Лад", 1961). Романтическая героизация революции в поэмах "Двадцать шесть" (1924), "Семен Проскаков" (1928). Поэма "Маяковский начинается" (1940). Книга "Зачем и кому нужна поэзия" (1961). <br>... смотреть

АСЕЕВ

АСЕЕВ (Николай Николаевич (1889-1963) - рус. поэт) Н. Асееву Посв. П912-14 (I,247); И перелетели материк Расеи вы Вместе с Асеевым. Хл922 (363); есть / у нас / Асеев / Колька. / Этот может. Шутл. М924 (123); И дни Авдеевских салонов, Где, лучшие среди живых, Читали Федин и Леонов, Тренев, Асеев, Петровых. П942 (II,155)... смотреть

АСЕЕВ

имя собств., сущ. муж. родамин.Асєєв

АСЕЕВ

Начальная форма - Асеев, единственное число, именительный падеж, мужской род, одушевленное, фамилия

АСЕЕВ

Сев Ева Все Вес Асеев

АСЕЕВ

Советский поэт

АСЕЕВ БОРИС НИКОЛАЕВИЧ

Асеев Борис Николаевич (р. 12.10.1909, Замостье, ныне в Польше), советский театровед и педагог. В 1934 окончил театроведческий факультет ГИТИСа. Доктор... смотреть

АСЕЕВ ДМИТРИЙ ЛЕОНТИЕВИЧ

ок. 1890 - ?). Социал-демократ. Из мещан. Образование низшее. Член РСДРП с 1905. В конце 1921 жил в Уфимской губ., работал землемером земотдела. Местными чекистами характеризовался как "агитатор" и "малоактивный" партийный работник. Дальнейшая судьба неизвестна. И. З.... смотреть

АСЕЕВ НИК. НИК

(1889-1963) - поэт. Род. в г. Льгове в семье страхового агента. Детство провел в доме деда, неистощимого фантазера, любителя нар. песен, сказок, прибауток. По окончании Курского реального уч-ща (1909) учился в Москве в Коммерч. ин-те и на фак-тах Моск., а затем Харьковск. унтов. Печатался с 1912. До революции входил в лит. группы, близкие к футуристам: "Лирика", "Центрифуга". С 1923 - в лит. группе "ЛЕФ". Знакомство с В. Хлебниковым сказалось на поэтич. исканиях А., работе со словом, интересе к фольклору. Многое определила дружба А. с В. В. Маяковским (посв. ему поэму "Маяковский начинается", 1936-39). В 20-е гг. наиб. известность получили поэмы "Лирич. отступление" (1924) и "Семен Проскаков" (1928), к-рую поэт называл "стихотв. примечаниями к мат-лам по истории гражданской войны", стихи о декабристах "Синие гусары" 1926), "Двадцать шесть" (1925) - о бакинских комиссарах. В сб. "Лад" (1961) - раздумья о времени, о глубине человеч. духа, о трагизме жизни и ее вечной способности к обновлению. Размышления о теории и истории стиха (должного, по А., "заставить заучить, затвердить мысль") в кн. "Зачем и кому нужна поэзия" (1961).... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

АСЕ́ЕВ Николай Николаевич (1889—1963), русский советский поэт. Поэмы «Буденный» (1923), «Лирическое отступление», «Электриада», «Двадцать шесть» (все —... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

(28.VI.(10.VII).1889, Льгов Курск. губ. — 16.VII.1963, Москва) — поэт. Учился на филол. ф-тах Моск. и Харьк. ун-тов. Поэтич. творчество начинал под сильным влиянием символизма (печатался с 1913), затем произошло сближение<p><span class="page" id="$p71">71</span></p><p class="osn03">с В. В. Маяковским и В. В. Хлебниковым. Со втор. пол. 20-х А. входит в число крупнейших рус. поэтов. Помимо многообразного и обширного оригинального поэтич. творчества А. плодотворно занимался переводч. деятельностью (переводил укр., польск., чеш., прибалт., западноевроп. поэтов), выступал как публицист, опубликовал ряд работ, посвящ. истории и теории рус. стиха, проблемам поэтич. творчества.</p><p class="osn02">По признанию самого А., его «с юношеских лет увлек и поразил этот памятник литературы (т. е. С. — <i>Л. Д.</i>), его сила и необычность образности, которая стала неповторима и непереводима» («К „Слову о полку“». С. 88). В начальный период своего творчества А. обращался к поэтич. образам С. Как отмечает <i>Л. И. Сазонова</i>, зачином С. были подсказаны А. начальные строки поэмы «Семен Проскаков» (1928): «Можно написать: / „...Тропка вела / не то на небеса / не то на елань“. / Мы ж хотим — без выдумок». В раннем стихотворении А. «Гудошная» упоминается Боян. В цикле «Курские края» (1930—43), размышляя о течении времени, А. использовал фразу из С.: «Старина в нем сошлась с новизной / обе полы времени свиты» (см.: <i>Сазонова Л. И.</i> «Слово о полку Игореве» в русской поэзии XX века. С. 477).</p><p class="osn02">В 1946 А. дает высокую оценку переводу С., осуществленному <i>А. К. Юговым</i>: «...не было еще перевода столь тщательно проникновенного любовного и действительно смелого» (Глагол времен. С. 30). Одновременно А. отмечал удачное, по его мнению, расположение строф и строк юговского перевода, так как текст был разбит на интонационно-смысловые отрезки-строки. Позже А. стал иначе относиться к возможностям и закономерностям переводов С. В переписке с <i>Д. С. Лихачевым</i>, относящейся к 1961—63, он писал, что «все попытки переводов „Слова“ производят жалостное впечатление сонаты, попробованной одним пальцем к проигрыванию... Я не говорю уже об ужасах со стихотворными искажениями подлинника» (см.: <i>Лихачев Д. С.</i> Воспоминания о Николае Асееве. С. 273). А. считает, что «лучше уж „фантазировать“ на эту тему (т. е. тему С. — <i>Л. Д.</i>), чем пытаться воспроизвести подлинник средствами иных времен иного, хотя и сродного языка» (С. 281). Этим взглядом А. на проблему перевода С. объясняется его отношение к вариациям на темы <i>С. В. Сосноры</i>. В письмах Лихачеву А. очень высоко оценивает их: «Соснора первый, кто без формальной точности, но с удивительным чувством строя языка приблизил к читателю великое „Слово“» (С. 273).</p><p class="osn02">В книге А. «Зачем и кому нужна поэзия», в главе «Русский стих», в рассуждениях о зарождении рус. поэзии упоминается С. Ряд мыслей и предположений о С. высказан А. в статье «К „Слову о полку“». Размышления автора С. о поэтич. манере <i>Бояна</i> и противопоставление своего С. творчеству Бояна, по мнению А., являются «спором не только двух отдельных авторов, но и спором двух литературных школ, тогда уже отстаивавших право первенства образной выразительности» (С. 89). А. считает, что С. «было сотворено не одним, а несколькими лицами. Об этом свидетельствует многое. И в первую очередь то, что разные отрывки „Слова“ меняют и ритм и стиль повествования» (С. 90). А. предлагает ряд своих прочтений текста С., построенных им, как говорит он сам, «не</p><p><span class="page" id="$p72">72</span></p><p class="osn03">только по толкованиям и объяснениям специалистов, но и по своему чутью к слову и языку не только сегодняшнего дня, но и к славянскому его прародителю» (С. 95). «<i>Карна</i>», по его мнению, — производное от понятий «укрощение, окорочение, обкарнывание жизни на пути». «<i>Жля</i>» — «может быть приближено к понятию злобы, ненависти, злости». Определение Бояна «вещий» — «дает указание только на его громогласность», «вещий», по мнению А., — «значит лишь громогласный, а не прорицающий, не предсказатель судеб». Выражение «<i>за шеломянем</i>», по А., значит «за спиной, за плечами, за спускающимися с княжеского шлема кольчатого нашейника, охранявшего его от удара мечом». Рассматривает А. отрывок из С. «Мои ти куряни св<font class="old">ѣ</font>доми кмети... Сами скачуть, акы с<font class="old">ѣ</font>рыи влъци въ пол<font class="old">ѣ</font>, ищучи себе чти, а князю — слав<font class="old">ѣ</font>». <i>Кмети</i>, по мнению А., — пехотинцы, ополченцы, «крестьянские парни», и, следовательно, «чти» не может толковаться как «чести»: куряне-кмети, которых восхваляет Игорю Всеволод, «концом копья добывали... себе пропитание, скача в ратном поле серыми волками, ища своей <i>части</i> добычи от сражений» (С. 97. Подчеркнуто мной. — <i>Л. Д.</i>). Несмотря на свое утверждение о праве по «чутью к слову и языку» толковать текст С., А. все же осознает шаткость своей позиции, так как признается, что его толкования С. это его «догадки».</p><p class="osnmal02"><i>Соч.:</i> Слово о Слове // ЛГ. 1934. 31 дек. № 175. С. 2; Глагол времен: О новом переводе «Слова о полку Игореве» // Огонек. 1946. № 21. С. 30; Зачем и кому нужна поэзия. М., 1961. С. 99; К «Слову о полку» // <i>Асеев Н.</i> Жизнь слова. М., 1967. С. 88—100.</p><p class="osnmal01"><i>Лит.: Лихачев Д. С.</i> Воспоминания о Николае Асееве // Воспоминания о Николае Асееве. М., 1980. С. 240—302; <i>Сазонова Л. И.</i> «Слово о полку Игореве» в русской поэзии XX века // Слово — 1986<sub>1</sub>. С. 462—481.</p><p class="osnmal01">КЛЭ; РП; <i>Булахов.</i> Энциклопедия.</p><p class="podpis">Л. А. Дмитриев</p>... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Асеев, Николай Николаевич (1889 — 1963) — поэтПсевдонимы: Буль—Буль — доп.; Малка ИволгаВариант имени: Ассеев Николай НиколаевичЛица, связанные с данн... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

(наст. фам. Штальбаум; 1889–1963) – рус. прозаик и поэт. Участник I мировой войны. Опубл. поэмы «Буденный» (1923), «Двадцать шесть» (1924), «Семен Прос... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Н. Н. Асеев.

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-1963) - русский поэт. В поэмах "Буденный" (1923), "Двадцать шесть" (1924), "Семен Проскаков" (1928) - романтическая героизация революции. От формальной изощренности первых сборников ("Зор", 1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности ("Раздумья", 1955; "Лад", 1961). В поэме "Маяковский начинается" (1940; Государственная премия СССР, 1941) создал образ поэта, борющегося за новое искусство. Книга размышлений о поэзии, воспоминания "Зачем и кому нужна поэзия" (1961).<br>... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Асе́ев Николай Николаевич (1889, Льгов Курской губернии —1963, Москва), поэт. Сын страхового агента (по другим сведениям, агронома). Учился в Московско... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

Асеев Николай Николаевич [27.6(9.7).1889, Льгов, ‒ 16.7.1963, Москва], русский советский поэт. Родился в семье страхового агента. Детские годы провёл в... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (18891963)

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-1963), русский поэт. В поэмах "Буденный" (1923), "Двадцать шесть" (1924), "Семен Проскаков" (1928) - романтическая героизация революции. От формальной изощренности первых сборников ("Зор", 1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности ("Раздумья", 1955; "Лад", 1961). В поэме "Маяковский начинается" (1940; Государственная премия СССР, 1941) создал образ поэта, борющегося за новое искусство. Книга размышлений о поэзии, воспоминания "Зачем и кому нужна поэзия" (1961).... смотреть

АСЕЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (18891963)

АСЕЕВ Николай Николаевич (1889-1963) , русский поэт. В поэмах "Буденный" (1923), "Двадцать шесть" (1924), "Семен Проскаков" (1928) - романтическая героизация революции. От формальной изощренности первых сборников ("Зор", 1914) пришел к лирико-философскому осмыслению действительности ("Раздумья", 1955; "Лад", 1961). В поэме "Маяковский начинается" (1940; Государственная премия СССР, 1941) создал образ поэта, борющегося за новое искусство. Книга размышлений о поэзии, воспоминания "Зачем и кому нужна поэзия" (1961).... смотреть

T: 107